Запомнилось только хорошее

Так случилось, что 100-летие комсомола я буду встречать   на Украине, вдали от тех людей с кем  начиналась моя трудовая и комсомольская биография.  Память о прошлом священна и сохраняет только самое лучшее о том светлом и беспокойном времени, которое все мы называем – комсомольская юность.  В последнее время я особенно часто вспоминаю  Челябинск, наш Ленинский район, свою первичную комсомольскую организацию научно-исследовательского института трубной промышленности,  комсомольских лидеров области и города  Вадима Соловьёва и Петра Сумина,  секретарей нашего райкома Вячеслава  Березина, Олега Лебезина, Алексей Слепышева, Леонида Коваля. И, конечно же, Игоря Зунтова, с которым судьба свела нас в Москве, на XVIIIcъезде комсомола, во время которого,  все дни его работы, мы жили  в одной комнате и, как мне кажется,  хорошо узнали друг друга и даже подружились. Очень хотелось бы встретиться и с Володей Субботиным – первым секретарем  Центрального райкома города Челябинска, к которому я отношусь с большим уважением.   Каждый, о ком я вспоминаю сейчас по своему дорог, оставил свой след в моей душе и памяти. Каждому хотелось бы передать свой комсомольский привет и наилучшие пожелания.

Как и многие мои сверстники – пионеры, хорошисты по учебе и дисциплине, я стал комсомольцем в школе (1963г.). За спортивные достижения городского уровня (баскетбол, легкая атлетика, туризм), меня – девятиклассника, избрали членом  комитета комсомола средней школы № 46, самой «старинной» в Ленинском районе г. Челябинска. В комитете я отвечал за спортивный сектор. Чуть позже, меня делегировали от школы в городской клуб (Совет) старшеклассников.

Мы собирались днем по субботам в комнате инструктора горкома комсомола, где под его руководством обсуждали и планировали молодежные мероприятия по городу: спортивные соревнования, встречи с ветеранами, посещения  лекций в  обществе «Знание».

Особенно запомнилоськак мы занимались организацией соревнования среди школьников за коммунистическое отношение к труду; осеннего городского бала; первых тогда состязаний «клуба веселых и находчивых».

Вся городская творческая  жизнь школьников «крутилась»  вокруг и внутри Дворца пионеров  и школьников, что на Алом поле. Каких только здесь кружков не было, включая регулярные встречи школьных команд «КВН»! Чтобы нам, членам жюри, подготовить замысловатые вопросы командам и их капитанам, приходилось много времени проводить в нашей очень уютной областной библиотеке. Старались выбирать вопросы, связанные с историей нашего города.

Например:

— где установлен один из первых в стране памятников В. И. Ленину? (На Алом поле г. Челябинск, 1924г., из уральского гранита);

— что держит в руках «Орленок» на Алом поле? (У него руки связаны за спиной);

— сколько ступенек у Дворца пионеров и школьников, сверху вниз?

Здесь ожидался очевидный ответ, столько же ступенек, что и снизу вверх. Капитаны стали гадать, кто 55, другие 65. А мы – организаторы этого вопроса, сами не знали, сколько конкретно. Пришлось сбегать пересчитать.  Была зима, ступеньки скользкие! С тех пор на всю жизнь запомнил, что ко всему необходимо относится ответственно и профессионально.

Помню 40-летие ВЛКСМ. На Алом поле состоялся многотысячный митинг. Комсомольцы  собрались здесь, чтобы открыть памятник своим сверстникам – героям Октябрьской революции и гражданской войны на Южном Урале. «Орленок» — и до сих пор остаётся лучшим памятником комсомолу, символом несгибаемой юности и героизма.

Все заседания Совета старшеклассников, заканчивались непременно общей комсомольской песней нашего времени.

Вообще, мы – шестидесятники не  походили  на героев  газетных  передовиц. Многие  были классическими стилягами. В Челябинске существовал свой «Бродвей» —  угол  Кирова и проспекта Ленина.  Вечером в субботу мы покупали по кубинской сигаре и французской булочке, и  аппетитно жуя и дымя, дефилировали кучкой по «Бродвею». Себя показывали и на других смотрели. Больше, конечно, было студентов. Были и драки, но не так часто.  Лютой зимой любили заглянуть  в Центральный гастроном, чтобы погреться по ходу движения.

Домой возвращались обычно поздно.  Мой последний автобус № 6 на поселок «Сельмаш» уходил по расписанию в 23:15 .

Теперь я разъезжаю на  мерседесе, с персональным водителем и когда он  говорит, что до назначенной деловой встречи надо ехать где-то два часа, я надеваю свободную спортивную одежду, легкую мягкую обувь. Непременно  беру  минералку и что-нибудь перекусить. Опять же, собираясь в дорогу, я понимаю цель поездки. Как правило, это зарабатывание денег. Но тогда, в шестидесятые?! Какие обстоятельства меня толкали на эту мальчишескую  браваду и суетню?

Сегодня мне трудно представить себя в брюках – дудочкой, без теплого белья, улыбающимся на продуваемом зимой местном «Бродвее». Брр-р.

В начале 60-х много проводилось комсомольских диспутов, это было модно, спорили о чём угодно, до хрипоты.  Ведь это  было время лириков и физиков, споров «Нужна ли в космосе ветка сирени?»,  лекций о внеземных цивилизациях, происхождении жизни на земле.  С теплотой вспоминаю первые  поцелуи в темноте зала городского планетария с искусственным звездным небом, где яркая звезда Вега звала в коммунистическое будущее .

Как и теперь мы учились в школе 11 лет, из них в течение последних трех лет один день в неделю проходили производственную практику. За передовые новаторские достижения в производственном воспитании школьников, областное начальство премировало   нашу школу № 46 поездкой в Москву. Вместе с завучем по производственному образованию, в числе пяти старшеклассников в зимние каникулы я впервые оказался  в  Москве. Наша делегация удостоилась приема у министра образования России.

Приехали мы  в назначенный час.  Немного подождали в приемной, и секретарь пригласил в кабинет министра. Кабинет показался мне огромным! За отдельным столом сидела стенографистка, со своей тетрадью и карандашом. Сама министр поднялась из-за своего стола и с доброжелательной улыбкой пригласила нас к очень длинному столу, где  стоял гранёный графин с водой и стаканами на круглом стеклянном подносе. Нашего завуча оставили в приемной.

Министр:

— Как доехали, как устроились?

Мы, хором:

— Все хорошо, спасибо!

Министр:

— Челябинск большой промышленный город. Строительство жилья, я смотрела справку, идет с опережением плана. Строятся новые школы, кинотеатры. Да вот есть такая беда – рост подростковой преступности. Как Вы считаете, в чем причина?

Все молча уставились в стол, я на графин с водой. В создавшейся тишине вокруг школьников из благополучных семей и совсем плохо представляющих масштаб местной преступности, я  только и смог произнести:

—  были бы спортивные залы в каждой школе города Челябинска, дети  занимались бы больше спортом, а не слонялись по улицам, не воровали велосипеды. В нашей школе нормального спортивного зала нет!

Кто-то из девчонок высказал мысль о тлетворном влиянии западного кино, где много целуются.

Встреча с министром была не долгой, минут пятнадцать. В приемной нас ждал завуч, с билетами в цирк. Подарок, надо полагать, от министра просвещения. Слово своё министр сдержала, и спортивный зал в нашей школе появился.

После школы поступил  в Новосибирский государственный университет. Многие тогда считали, что он  котировался не ниже Кембриджа. Распределился  в Уральский научно-исследовательский институт трубной промышленности.  И сразу оказался в гуще комсомольской и общественной жизни. Не прошло и года, как меня, в то время    младшего научного сотрудника избрали  председателем совета молодых ученых и специалистов,   членом комитета комсомола института, а  через два года председателем районного  совета молодых учёных и специалистов, членом бюро райкома. В 1978 году был избран делегатом XVIII съезда ВЛКСМ.

Это были незабываемые  выступления в школах, интернатах, училищах, в производственных коллективах и ветеранских организациях. Комсомол был для меня  замечательной организацией,  школой жизни.

Наша комсомольская организация была достаточно крупной, насчитывала почти 250 человек, почти все с высшим образованием. Наверно нелегко было с нами, вольнодумцами. Но секретари комитета комсомола  В.Лифанов и Т.Яворская  хорошо справлялись со своими обязанностями,  и я всегда буду помнить их дружеское расположение, и то, как они заботились о нашем творческом росте. Я, например, в 27 лет стал кандидатом физико-математических наук,  в  38 лет —   доктором технических наук, в 40 лет – профессором.

Как память о моей комсомольской юности,  я храню  мандат делегатаXVIIIсъезда ВЛКСМ  (1978 г.), значок «За активную работу в комсомоле», Почётные грамоты ЦК ВЛКСМ, комсомольский знак «Гвардеец  пятилетки», фотографии.

Как на молодого, подающего надежды  ученого, специалиста в области трубной промышленности,  на меня обратили внимание в министерстве черной металлургии СССР и в конце 1990 года направили на Украину, с перспективой роста как учёного и руководителя.

С развалом  великой страны пришлось распрощаться с планами продолжить научную карьеру и поискать что-то более практичное. Теперь я генеральный директор  своей частной фирмы «СУРА ЛТД», состоялся как специалист и руководитель, чем во многом обязан комсомолу.

С уважением. Ветеран комсомола. Сергей Сериков.

This entry was posted in Комсомол в моей судьбе. Bookmark the permalink.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *