Беседы о комсомоле. Интервью поэта журналисту

Участники беседы:

Година Николай Иванович. (25.08.1935, хут. Шамайково Великобагачанского района Полтавской области, Украинская ССР),  поэт, прозаик, лауреат многих премий, в том числе областной комсомольской премии «Орленок». Член Союза писателей России (1970), заслуженный работник культуры РФ (1996), почетный гражданин г. Миасса (2005).

 

 

 

Фонотов Михаил Саввич (03.08.1937, с.Красная Поляна Великоновосёлковского р-на Донецкой области, Украинская ССР), журналист, краевед, член СЖ СССР 91964), засл.работник культуры (РСФСР) (1989).

 

 

 

 

 

 

_ Николай, когда ты узнал, что на свете существует Коммунистической Союз молодежи?

_ Узнал, наверное, в школе. Но с самого начала я хочу сказать, что я не мог не быть членом комсомола.

_ Почему?

_ Таким я родился. Сейчас анализируя то время, нахожу, что я был  не такой, как все. Да, простой деревенский мальчишка. Рос в нормальной деревне. Среди таких же, как сам. Так же бедно, как остальные. Наверное, и будущее мое должно было быть таким, как у всех. Как учились в нашей школе? Хорошо, если четыре класса. И все, в колхоз. Или еще куда-то.

Сам я в первый класс пошел на десятом году. Но отличие от многих своих сверстников, очень рано научился читать и писать. А потом увлекся еще и творчеством. Начал писать стихи, прозу. Первое стихотворение «Елка» я опубликовал в третьем классе. Спрашивается, откуда это все? Родители у меня неграмотные. Мать и азбуку не знала. А меня тянуло к книгам. Собирал книги. В деревне у меня была первая личная библиотека. За печкой. Там были полочки. Я не знаю, откуда это все взялось.

_ Эта твоя особость помогала или мешала тебе?

_ Не знаю, просто я этим жил.

_ Но как тебя воспринимали окружающие?

_ Воспринимали как слегка ненормального. Какой-то не такой, как все.

_ Какой не такой? Ты не играл с ребятами? Сторонился их? Выглядел букой?

_ Нет, играл. Не сторонился. Но мало дрался.

_ Мало дрался? Почему?

_ Наверное, в меня вселился какой-то интеллигентский микроб.

_ Неужели тебе никогда не хотелось драться? Если, допустим, ты видел несправедливость. Когда нельзя было удержаться, кого-то защитить. Наконец, постоять за себя.

_ «Теоретически» я не находил в себе желания пускать в ход кулаки, но если дело доходило  до драки, то,конечно, дрался. Я все же был мужик. И мужик нехилый. Мог дать сдачи. Однако сам не лез в драку сам. Как-то уходил от нее. И трусом  никогда не чувствовал себя, но не лез на рожон. Я хотел жить со всеми дружно. Да, когда дрались край на край, и я не стоял в стороне, но грубая сила никогда меня не привлекала. Наверное, я пацифист по своей природе.

_ Николай, я так понял, что ты самой жизнью был подготовлен к комсомолу. Что-то подобное тебе было необходимо. И тебе повезло _ как только подошел возраст, ты «наткнулся» на комсомол.

_ Получается так, что я вовремя родился. Теперь так и сяк ругают пропаганду, а я, как губка впитывал то, что теперь называют советской пропагандой. И мне не стыдно в этом признаться. Я был и октябренком, и пионером, и звеньевым. Все ступени прошел. И до сих пор себя за это не ругаю, не сожалею. Наоборот, считаю, что поступал правильно. Теперь многие хвалят себя за то, что не вступали в комсомол, что даже красный галстук пионера не носили. Будто бы они были такие умные, что их нельзя было обмануть пропагандой. А я, как говорится, сам обманываться рад.

Меня не надо было агитировать. Мне только-только исполнилось двенадцать лет, а я уже стал ходить в комсомольскую организацию при Чудиновской школе. Ходил на собрания. Не могу вспомнить, о чем тогда говорили, что обсуждали, но год ходил туда. Мне было интересно. И в 1949 году меня приняли в комсомол в возрасте тринадцати лет, а по уставу, как известно, требовалось четырнадцать лет. Помню, как феврале того года в Октябрьском райкоме комсомола мне вручили комсомольский билет. Да, тогда был нарушен устав. Не знаю, почему. Может быть, в порядке исключения. Если парень так нетерпелив, почему бы его не принять?

_ Николай, у нас, оказывается, одинаковая история. ТЬы был не один такой нетерпеливый. И я вступил в комсомол на год раньше, чем положено. Прибавил себе год _ и вступил. В райкоме об этом, конечно, не знали, но наш школьный комсорг об этом знал. Он, кстати, меня и надоумил. В школе меня приняли, но главное событие _ вручение комсомольского билета и значка. А для этого надо было ехать в райком комсомола _ за 25 километров от моего села. Добирались по-всякому, все больше пешком. Приехали, дождались своей очереди, уже к вечер нам вручили билеты, поздравили… Надо возвращаться домой. А как? Попутные машины были большой редкостью. Короче говоря, только заполночь  я явился домой. Мать: «Ты где был?» « В райкоме. В комсомол вступил». «Какой комсомол в такое время? Я тебя потеряла, никто ничего не знает»… А я не мог ее предупредить, потому что она рано уходила на работу в поле. Словом, выволочка была долгой. Но потом мама поостыла, успокоилась. «Ну, и где твой  комсомольский билет?» Я отдал ей билет. Она вчитывалась и вдруг: «А это что?» Она увидела год моего рождения. И опять завелась…

_ Нет, меня не ругали. Надо сказать, я у родителей всегда был очень хорошим сыном.

_ Не огорчал никогда.

_ Да, не огорчал никогда. Ко всему прочему я с детства любил чистоту, порядок, мне важно было прилично выглядеть. Следил за своей одеждой. Так что меня чаще хвалили, чем ругали. А комсомол… Никто меня в комсомол не звал. Самого к нему тянуло. Сказать, пропаганда… Может быть. Может быть, начитался я чего-то такого. Мне самому все это интересно, но и сам на свои вопросы не знаю ответов. Что от родителей, что от школы, что от меня самого, что от той самой пропаганды. Мне хотелось стать комсомольцем _ и я им стал. Правда, что мы в комсомоле делали, хоть убей, ничего не помню, с меня довольно было состоять в его рядах, носить на лацкане значок.

_ Николай, однако, наверное, что-то все-таки привлекло? Что-то конкретное? Может быть, теперь, оглянувшись, это проще определить?

_ Не могу сказать.

_ А я, кажется, могу. Знаешь, кто меня сделал комсомольцем?  Олег Кошевой. Фильм «Молодая гвардия». Как  молодогвардейцы давали клятву. Как повторяли: «Клянусь! «Клянусь!»… А потом Александр Матросов… Герои, подвиги, желание подстроиться под них… Ну, и, конечно, пропаганда. Но и то правда _ в школьных буднях комсомол был уже не таким привлекательным, как на экране или в книге.

_ Я каким в детстве был патриотом, таким и остался. Любое высказывание против России приводило и приводит в ярость. Почему так, объяснить не могу. В школе я был горнистом. И на любой линейке тутукал. А потом шел впереди колонны. Это меня сильно возбуждало. Хотя, с другой стороны, никогда мне это не льстило. Все происходило естественно. Как-то бессознательно. Все происходило так, как должно происходить. Само собой. Меня уносила река жизни.

_ Николай, это подростковый возраст. А потом?

_ Потом я окончил школу, семь классов, поступил в Коркинский горный техникум. Комсомол отступил. Взносы платил, на собрания ходил, но что там происходило, не помню. Потом уехал в Каракумы, где тоже числился комсомольцем. Потом взяли в армию. Окончил военно-морскую школу. Попал на рейдовый тральщик, на нем разминировал Балтику. Работа было опасная, но важная. Другого масштаба.

_ Николай, есть такое понятие _ комсомольская карьера. На эту дорогу ты не встал. А мог бы?

_ Нет. Никто и не предлагал. И в голове этого не было. Все эти годы комсомол во мне дремал.

_ Дремал? Что, ты жил не комсомольской жизнью? Какой-то другой?

_ В этом-то вся проблема. Вот тебе комсомол и вот тебе любовь к литературе. Спрашивается, кто меня сделал человеком _ комсомол или литература? Не знаю. Да, книги, но и жизнь. В те годы комсомол ни в чем мне не помешал. Мы шли параллельно. Не знаю, дал ли он мне что-то хорошее, но уверен, что не дал ничего плохого. Он меня наставлял не на плохое, а на хорошее. Как мог, он наставлял меня на путь истинный. Если я, в итоге, стал хорошим человеком, то в том есть и комсомольская доля.

_ Николай, а потом-то комсомол в тебе проснулся? Он вернулся в твою жизнь?

_ Да, потом, как ни странно, меня на корабле избрали секретарем комсомольской организации. Почему? Во-первых, я призывался на год позднее остальных моряков. Был их старше. А во-вторых, я был одним из грамотных. В то время у моряков было четыре-пять классов, а у меня уже техникум. Помню, командир сажал меня в рубку, давал мне ручку, тушь, _  у меня неплохой почерк, _ и я заполнял какие-то циркуляры, какие-то важные дорументы..

_ И как ты себя чувствовал комсоргом?

_ Избрали! А в это время ЦК комсомола объявил движение за комсомольскую организацию без единого проступка. Мы, конечно, тоже включились в это движение. И через два года наша организация заняла первое место в дивизионе: мы служили без единого проступка. Меня наградили Почетной грамотой ЦК комсомола, еще чем-то. Это, наверное, и есть мой вклад в комсомол.

_ Что дальше?

_ Дальше наши корабли списали и продали Албании, а мы записались добровольцами в Египет, воевать с Израилем. И стали ждать. А пока служили на знаменитой канонерке «Красная звезда». Было скучно и тянуло в увольнение. На танцы сходить. И как раз меня стали агитировать в партию. Замполит дивизиона вызвал и предложил вступить в партию. Я отказывался. Мол, не дорос я пока до того. Тогда замполит зашел с другой стороны: «В увольнения ходить хочется?» «Хочется». «Тогда давай так: есть университет марксизма-ленинизма. Двухгодичный. Тебе будут выписывать увольнения, и ты будешь ходить в университет» И я стал ходить в тот университет. Закончил его, получил корочки. И после того меня приняли в партию. Так комсомол закончился партией.

_ Это какой год?

_ Это уже 1958-1959 год.

_ Но ведь ты не навсегда попрощался с комсомолом.

_ Да, оказалось, что не навсегда. Меня стали агитировать в политическое военное училище. Я категорически отказался. Демобилизовался, приехал в Миасс. Стал работать в карьере. От комсомола вроде бы отошел еще дальше. Но…

Я стал писать стихи, печататься. Издал книжку. В 1966 году поехал на зональное совещание молодых писателей в Кемерово, которое, кстати, организовал комсомол. Там я познакомился с Астафьевым и многими другими известными писателями. А в 1968 году комсомол, в честь своего 50-летия, объявил творческий конкурс. Я принял в нем участие, и мне присудили премию «Орленок». С тех пор я стал членом горкома комсомола, членом обкома комсомола, поехал с ветеранами танковой бригады в поездку по Европе. Были и другие комсомольские маршруты.

_ То есть ты вернулся в комсомол, но уже как его ветеран.

_ Да, вернулся. Как я теперь отношусь к комсомолу? Комсомол _ моя юность. Это для меня одно и то же. Были первомайские демонстрации, спортивные старты, эстафеты. Собрания, конференции, съезды. Все _ под эгидой комсомола. Но были и свидания, любовные переживания, романтика, поэзия. Одно не оторвать от другого. И я никогда не чувствовал, что меня кто-то принуждал, напрягал. Комсомол был знаком качества моей жизни.

_ Ты _ комсомолец, значит, жил правильно?

_ Да.

_ И наоборот, ты _ комсомолец, потому что жил правильно?

_ Да, и так. Я не мог позволить себе какой-то проступок. Не потому только, что принадлежал к комсомолу, были и другие обстоятельства, но и потому.

_ Значит, ты был человеком комсомола?

_ Да, был. Хотя могу сказать иначе: я, наверное, нравственно жил бы так, как жил, если бы и не был членом комсомола. А где и как я получил эту прививку, не знаю. Может быть, от комсомола, может быть, от родителей. Но получилось так, что я и комсомол шли навстречу друг другу.

_ Николай, а через годы комсомола не стало. Как ты воспринял это?

_ С большой печалью. Комсомол для меня _ понятие положительное. Несмотря ни на что _ при комсомоле или после него. Сегодня я вижу: то, что у молодежи нет ничего подобного комсомолу, _ это плохо.

_ Значит, сам комсомол не виноват в том, что он пропал? Виноват кто-то другой? Или обстоятельства?

_ А в чем он виноват? Я думаю, что виновата партия. А если комсомол и виноват, то как ребенок плохих родителей. Я бы восстановил бы комсомол. Хотя это, наверное, невозможно.

_ А что, время не меняло комсомол? Каким был, таким и остался?

_ Да, свое дело он исполнял нормально.

_ Получается, что никто не понимал, куда идет комсомол? И его падение было для всех неожиданностью?

_ Я думаю, что лидеры комсомола многое понимали.

_ Но бытовало мнение, что комсомол «испортился» раньше партии.

_ Нет. А что его могло испортить?

_ Например, комсомольский карьеризм.

_ Это было уже в последние годы. И, прежде всего, в верхах. Кроме того,  это же было заложено, потому что комсомол считали резервом партии. Я считаю, это нормально.

_ С одной стороны _ нормально. Но есть какая-то грань, через которую нельзя перейти. Сделать карьеру _ да, но не как цель. Чтобы не все свелось к карьере.

_ Конечно. Но сам я пребывал в комсомоле по доброй воле, по велению души. У нас многое совпадало. О комсомольских годах я вспоминаю с ностальгией.

Фото взято:

Николай Година http://mv74.ru/gul/nikolaj-godina-v-pushkinke.html

Михаил Фонотов http://fotosoyuz74.ru/photo/6630/

 

Михаил Фонотов

This entry was posted in Новости. Bookmark the permalink.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *